Танцы в СССР
А танцы? И чарльстон, и шимми, и фокстрот, и танго! Их танцевали стар и млад — под джаз (танцевальный оркестр), в клубе и дома, в ресторане и даже в кинотеатре. Не разбирались — что откуда пришло, танцевали и все тут. Пытались бороться с этим — ничего не получалось.
Хоть и писал Луначарский: «Я видел танец чарльстон и считаю его в высшей степени отвратительным и вредным», — народ с ним не соглашался.
«Музыкой толстых» назвал Горький фокстрот, доносившийся из репродуктора в соседнем отеле (дело было в США). И все равно фокстрот обожали. Следующий этап борьбы с западными танцами пришелся на шестидесятые годы.
Тогда у нас в стране развернулось интереснейшее движение по обучению бальным танцам. Педагоги, нередко отсидевшие срок за любовь к фокстроту, вели специальный курс, к ним ходила молодежь — и вот тут-то, наблюдая за массовым интересом к бальным танцам, кто-то спустил сверху директиву: если есть такой интерес, срочно придумать свои бальные танцы.
Так стали появляться на свет «сударушка» и «русский лирический», «елочка» и «кукареку», «пингвин» и даже «террикон» (что общего с земельными отвалами вокруг шахт и движениями танца — трудно сказать). Гэдээровский «липси» и финская «летка-енка» «освежали» общее впечатление от массированного удара патриотической хореографии. Но танцевалось с трудом.
Истинной причиной такого взрыва фантазии хореографов был, конечно же, рок-н-ролл. Звуки его доносились по радио из-за бугра, были записаны на рентгеновских снимках, на первых появившихся у нас магнитофонах. На тех же носителях существовал тогда и джаз — и ему выстраивалась отечественная альтернатива в виде «Господина Великого Новгорода» трубача Товмасяна или «Былин-старин» саксофониста Зубова…
Рок-н-ролл же сразу стал пускать корни в русской почве. «Скоморохи» Градского — были таковыми лишь по названию. Позже Градский напишет сюиту «Русские песни», включив в нее и фольклорный обрядовый плач, и «Вы жертвою пали», а тогда, в эру первой рок-н-ролльной волны в СССР главным было то, что рок-н-ролл пелся на своем, родном языке, интонационные же и ритмические модели его были вполне универсальными, общими и для Запада, и для нас.
Отрывок из статьи «О родных космополитах и безродных собственниках»
Добавить комментарий