Включаем приключение. (05.1985г.)

Прочитав о себе, что я являюсь пособником космических пиратов, я вздохнул и понял, что отвечать придется. Нет, все-таки не за пиратство и даже не за пособничество, но на письма по поводу рецензии «Погоня трусцой», посвященной приключенческому фильму «Гостья из будущего».

Дело в том, что мне фильм не понравился, а почему, я уже писал. «Донельзя упрощенные связи и отношения…», «ослабленный тип реакции…», «Роботизация всех положительных героев…». И так далее.

В письмах читателей было много несогласных. И хотя среди них легко угадывался плотный массив одинаковых, почти копий, с одним и тем же порядком доводов и даже типовой грамматической ошибкой (гостья из «будующего») — факт оставался фактом. Многим ребятам фильм понравился, а рецензия их разозлила.

Поделать с собой я ничего не мог, вялое и ленивое ярким и энергичным не становилось, но неужели я останусь в одиночестве? Подошли письма, и разделяющие мою точку зрения, а немного погодя появилась в свет рецензия в «Советской культуре» от 16 апреля под названием «Обыкновенное чудо и космические фокусы». Критик Е. Чекалова, в частности, отмечала: «…Получилось, что люди будущего превратились в роботов». «Главный же просчет в том, что Алиса, как и все другие обитатели будущего, не способна на горячие чувства. Она всегда невозмутима, никогда не грустит, даже не плачет, как и не смеется от души». И так далее.

Оказавшись не одиноким, я почувствовал себя увереннее. Но думать продолжал. И пришел к следующему. Ребята защищали не столько даже саму картину, сколько весь жанр. И правда, часто ли мы предлагаем им многосерийные приключенческие ленты, где героями были бы их сверстники, а еще была бы, допустим, машина времени, где побеждали бы дружба и благородство, а космические бандиты несли бы заслуженное наказание?

И так как пособником пиратов я ни в коей мере себя не чувствовал, то вынужден был признать, редко. За все последние годы — попросту один, этот вот самый. А у людей тот подростковый период, когда потребность в приключениях резко обостряется, бывает тоже один раз в жизни. И они горячо, непосредственно откликнулись на то, что им предложили. А тут вдруг взрослые (явные пособники если не пиратов, то уж скучных моралистов, предпочитающих воспитание не в виде рассказа об увлекательных обстоятельствах и смелых героях, а в форме нотаций) чем-то там недовольны… Вот вредные!

И тут я вынужден признать: несмотря на отдельные расхождения в отношении к фильму, к изображению будущего и даже к правописанию этого слова, — здесь я с моими оппонентами согласен. Фильмов-приключений, сериалов, где бы мы успели полюбить героев, могли бы отождествить себя с ними и тем горячее следили, как они встречают и побеждают опасности, — таких фильмов нужно гораздо больше. Вкус тоже нельзя получить ниоткуда, он воспитывается в сравнениях, как храбрость в сражениях.

Отчасти эту нашу общую потребность удовлетворял телефильм белорусских кинематографистов, который так и назывался «Большое приключение» и был показан 3 мая. Но только отчасти. Тут, правда, не было таких уж режущих глаз и ухо несообразностей, но и сама увлекательность долго не могла разгореться как следует. События были надежно укоренены в быту и долго представляли собой даже не турпоход, а скорее, продолжительную загородную прогулку. Правда, волею случая, без взрослых.

Пока еще появятся некие бандиты и найдется, с кем сражаться, а прежде всего появились умные и добрые взрослые, которые подробно объясняют правильные вещи о том, что работать на колхозном поле куда лучше, чем бездельничать, а тем более угонять чужие машины.

Фильм как бы чуть стеснялся своей изначальной авантюрности (ничего плохого я в это слово не вкладываю, по-немецки оно и означает приключение), прикидывался то комедией, то музыкальной комедией. К концу он начал увлекать по-настоящему, и правильные слова возникали у нас в сознании уже сами, пока мы боялись за героев и сочувствовали им, — но, к сожалению, тут он и кончился.

И тогда мы, не очень-то считаясь с возрастом, оказались у экранов, как только на них замелькали титры трехсерийного фильма «Где ты был, Одиссей?». Я, наверное, пропустил когда-то его премьеру, а ребята тогда, пожалуй, увлекались больше всего передачей «Спокойной ночи, малыши!».

Тема была замечательная, к ней еще будут возвращаться много раз, и зрители всегда будут благодарны, — о безымянных героях, разведчиках Великой Отечественной войны. Мы сразу вспомнили «Семнадцать мгновений весны», но чем-то фильм оказался ближе к «Мертвому сезону», хотя там речь шла о времени мирном, — должно быть. тем, что главную роль исполнил Донатас Банионис.

К сожалению, на этот раз красок в его распоряжении было куда меньше. Пронзительной, такой узнаваемой, мягкой интеллигентности Ладейникова (мы знали таких людей, они были старше нас на Отечественную войну, но героизм их надо еще было уметь разглядеть, и Ладейников здорово учил нас этому) мы не увидели. Актер убедил только, что может выглядеть простодушным и даже чуть туповатым, а в нужный момент показывать энергию и остроту ума…

Что ж, нам, поклонникам приключенческого жанра, давно известен девиз графа Монте-Кристо: «Ждать и надеяться». Так мы и поступаем. Впрочем, вы, когда читаете эти строки, знаете куда, больше, чем я, когда их пишу: вы уже видели первую серию «Капитана Фракасса». 

А. АРОНОВ.
газета «Московский комсомолец»
19 мая 1985г.